Генеральный директор одной из крупнейших российских страховых компаний РОСНО Ханнес Чопра родом из Германии — оттуда же, откуда и немецкая страховая группа Allianz, в состав которой недавно вошла РОСНО. В своем интервью «Популярным Финансам» он признался, что свой первый страховой полис купил не особенно задумываясь, первые заработанные деньги потратил на футбольные бутсы, а сейчас получает настоящее удовольствие, покупая аутентичные индийские музыкальные инструменты.
Генеральный директор одной из крупнейших российских страховых компаний росно Ханнес Чопра родом из Германии — оттуда же, откуда и немецкая страховая группа Allianz, в состав которой недавно вошла РОСНО. в своем интервью «популярным финансам» он признался, что свой первый страховой полис купил не особенно задумываясь, первые заработанные деньги потратил на футбольные бутсы, а сейчас получает настоящее удовольствие, покупая аутентичные индийские музыкальные инструменты.
Считаете ли вы, что деньги дают свободу?
И да, и нет. Да — потому что в некоторой степени деньги являются инструментом, который дает вам шанс жить счастливо и определенную степень свободы. В этом смысле они позволяют вам самостоятельно принимать решения, быть лично ответственным за происходящее. Но, с другой стороны, нет, поскольку свобода для меня — это прежде всего состояние ума, отношение к самому себе, к обществу, к другим людям. Правда, должен сказать, что мне в какой-то степени повезло: я никогда не был в ситуации, так сказать, экзистенциального кризиса, связанного с нехваткой денег. Это я расцениваю как привилегию. У меня всегда было достаточно средств на еду и жизнь, и даже более того: я получил хорошее образование, у меня был шанс выбирать свою судьбу. Обо мне всегда хорошо заботились, в том числе и в финансовом смысле, мои родители.
Ваши родители учили вас обращаться с деньгами?
В детстве я ежемесячно получал от родителей некоторую весьма ограниченную сумму карманных денег (это было нормальным для меня и моих друзей). Этих денег не хватало даже на то, чтобы купить книгу, — они предназначались для совсем скромных покупок. Или их можно было откладывать на будущее, чтобы однажды купить что-нибудь действительно стоящее.
Как вы заработали свои первые деньги? Помните, на что вы их потратили?
Хороший вопрос. Свои первые деньги я заработал концертами, на которых выступал как музыкант, когда еще учился в школе. Мне было, наверное, лет пятнадцать. И это был по-своему удивительный и счастливый момент — я осознал, что у музыки есть еще доселе неизвестный мне аспект: если я захочу выбрать эту деятельность в качестве профессии, я смогу зарабатывать музицируя. Я был очень благодарен своему учителю музыки, доктору Трине Пурохит-Рою. А деньги эти мои родители положили на банковский счет. Кажется, позже частично эти деньги были потрачены на футбольные бутсы. Я играл в футбол в молодежной команде, и у меня была мечта — иметь соответствующую обувь.
Ваши родители никогда не вмешивались в ваши расходы? Не советовали, что покупать, а что нет?
Конечно, вмешивались. Когда я был ребенком, когда я учился в школе и потом, когда два года получал специальное образование в Германии, они всегда высказывали свое мнение и всегда имели свои взгляды. Иногда им не нравилось, как я тратил деньги. Но по мере моего взросления они вмешивались все меньше и меньше. Конечно, как и любые родители, они говорили: «Когда ты получаешь деньги, понемногу откладывай, попытайся сделать так-то». И их советы на самом деле были полезными и необходимыми.
Конечно, сейчас все по-другому, но для ваших родителей вы всегда остаетесь ребенком. Однако теперь уже отец спрашивает у меня, как ему лучше инвестировать деньги. Он считает, что раз я работаю в сфере финансовых услуг, то должен разбираться в этой области. Когда я во что-нибудь инвестирую, покупаю какие-нибудь акции, мы обсуждаем эту тему, и иногда он следует моему примеру. Так что теперь в этой области мы скорее партнеры.
А из чего состоит ваш инвестиционный портфель?
Это смесь различных инструментов. У меня есть несколько твердых инвестиций — например, в страхование жизни. Также я работаю с инвестиционными фондами, с акциями; мой портфель набит до отказа инвестициями в растущие рынки России, Индии и Китая. Это в принципе нормально, учитывая, что у меня довольно широкий инвестиционный горизонт.
Как вы считаете, деньги меняют человека?
Конечно, они оказывают определенное воздействие, но ведь все в нашей жизни имеет на нас определенное влияние. Вы всегда являетесь частью системы настолько, насколько вы сами влияете на систему. Все на свете — должность, образование, деньги — влияет на вас как на личность.
В конечном итоге важно понимать, что деньги — это всего лишь инструмент. И ничего из того, что действительно является стоящим, не может быть куплено за деньги. Деньги не купят вам того, что действительно имеет значение в жизни.
Знаю, что вы родились в Германии. Повлияло ли это как-то на ваши отношения с финансами?
Я родился и вырос в Бонне, бывшей столице ФРГ. Вообще, у немцев «накопительный» менталитет, немец должен копить — считается, что это хорошо и правильно.
Например, когда после учебы я проходил стажировку, для стажеров считалось нормальным откладывать часть тех денег, которые они получали. И это при том, что моя зарплата была более чем скромной — 750 немецких марок, которые после уплаты налогов превращались в 550 марок. Сейчас это примерно 270 евро. И на эти деньги я должен был жить и снимать квартиру. Я ведь работал в корпорации Beiersdorf AG, а она находится в Гамбурге. Именно тогда я впервые столкнулся с долгосрочными страховыми продуктами: моя компания предлагала каждому стажеру приобрести долгосрочную накопительную страховку, за которую частично платил стажер, частично компания и немного государство. Я не отказался.
Потому что все так делали?
Да, я думаю, так поступали 90% людей. Это считалось правильным, так что я над этим не особенно размышлял. Я был слишком молодым и неопытным, чтобы действительно думать о старости, инвестициях и пособиях. Нет, нет, ничего подобного! Я просто плыл по течению.
Однако, приобретая страховку в таком возрасте, человек поневоле начинает интересоваться механизмом накоплений и пенсионной защиты. Так случилось и со мной.
А какую часть ваших нынешних доходов вы откладываете на будущее?
В среднем, учитывая прошедшие годы, около 30-35%.
Вы повзрослели, теперь работаете в страховом бизнесе и до сих пор думаете, что стоит тратить заработанные деньги на страхование жизни и другого рода страховые полисы? Особенно россиянам, жизнь которых, как хорошо известно из истории, отличается редкой непредсказуемостью?
Прежде всего, я не думаю, что есть большая разница в том, где вы живете. Конечно, существуют определенные региональные или национальные особенности, но по большому счету живете вы в России, Индии, Китае или на островах Фиджи, это не так уж фундаментально влияет на то, как вы инвестируете, копите или обращаетесь с деньгами.
Что же касается инвестиций, то опять-таки важна их разнородность. Когда вы только начинаете зарабатывать и рассматриваете различные финансовые инструменты — банковские депозиты, страхование жизни, акции, недвижимость, — на первом месте совершенно очевидно должно быть страхование жизни. Когда мы молоды и можем что-то откладывать, мы должны делать это, потому что, когда придет время и нам понадобятся деньги, мы будем уже не в состоянии их копить. В этом заключается элементарная логика пенсионного обеспечения, и поэтому так важно думать об этом в раннем возрасте.
Более того, страхование жизни — это стопроцентно безопасное вложение денег. Это самый первый из немногих финансовых инструментов, который гарантирует вам определенный процент дохода, так что ваши деньги практически не подвергаются риску. Во-вторых, эта страховка покрывает определенные риски, а если вы кормилец семьи, вы должны обеспечить для вашей семьи определенный стиль жизни в случае, если с вами случится что-то непредвиденное и, не дай бог, трагическое. В-третьих, я считаю, что страхование жизни приучает человека к определенной дисциплине, что тоже немаловажно.
В общем, я убежден, что полис долгосрочного страхования жизни — это наилучший инструмент для начинающих. Затем, уже имея устойчивую основу, вы можете инвестировать в более рыночно-ориентированные, более рискованные продукты. Следующим хорошим шагом было бы тоже страхование жизни, но в рамках продукта unit-linked. Правда, пока в России оно невозможно из-за отсутствия правовой базы. Полис unit-linked тоже обеспечивает вам страхование жизни, но при этом ваши деньги могут вкладываться по вашему выбору в некоторые инвестиционные фонды, обеспечивающие вполне рыночный доход.
Понятно. Я поясню, что у нас понимается под непредсказуемостью. Просто когда вы в Германии покупали свой полис, то были уверены, что в старости неизменно получите деньги обратно. В России же никогда не знаешь, получишь ли хоть что-нибудь через 30, 40 или 50 лет.
Признаюсь, когда я покупал первые полисы, то не сильно задумывался о таких вещах. Я просто подписал бумаги, и все. Но позже, когда я размышлял на эту тему, я понял, что этот шаг стал для меня важным. Да, моим первым страховым полисом был полис немецкой компании Allianz. Но теперь вы можете приобрести такие же продукты здесь, в России, ведь Allianz присутствует на российском рынке. Компания «Allianz РОСНО Жизнь» предлагает различного рода продукты, используя все ноу-хау и технологии мирового лидера. У меня у самого есть полис в «Allianz РОСНО Жизнь», я доверяю компании и уверен, что получу деньги назад точно так же, как если бы это было в Германии. Allianz существует уже 117 лет, и наша компания всегда выполняла свои обещания перед клиентами в любой точке мира, в самых разных странах, городах и деревнях. Это совсем не означает, что другие компании с иностранным или местным капиталом не предлагают достойных продуктов. Я лишь хочу сказать, что неправильно отказываться от покупки полиса страхования жизни лишь потому, что в целом человек не доверяет ни одной страховой компании.
Вы когда-нибудь жили в кредит?
Да, приходилось.
Вы вынесли для себя какие-нибудь уроки из этой ситуации?
Как я уже говорил, мне повезло, я никогда, что называется, не был приперт обстоятельствами к стенке. Кредиты, которые я брал, были на определенные цели, так что я мог надлежащим образом просчитать, сколько нужно выплачивать по ним ежемесячно, чем мне придется пожертвовать и на какие компромиссы пойти. Поскольку дело это было добровольное, я бы не сказал, что мне насильно преподали какие-то уроки. Я знал, на что я шел, знал, чего ожидать. Однако в первый раз, когда я взял кредит, у меня было странное чувство, а именно понимание того, что теперь у меня есть финансовые обязательства. Это было немного неловко, надо признать.
Вы всегда рациональны в решениях, связанных с деньгами?
О нет! Совсем нет! Есть определенные вещи, при покупке которых я скорее эмоционален, чем рационален. Это в основном касается музыки, компакт-дисков, книг. Именно они привносят ценность в мою жизнь. Но я научился одному: если цена покупки превышает определенную планку, тогда я должен подумать дважды и попытаться себя «вразумить». Иногда это работает, иногда нет.
И как долго вы думаете дважды? Минуту? Десять?
Несколько минут. Перед тем как принять решение о крупной покупке, я обычно стараюсь в буквальном смысле ненадолго отойти, чтобы побыть с собой наедине, подумать об этом и потом принять решение. Понимаете, есть различные уровни ценности приобретений. Помню, когда я купил один из своих первых велосипедов, то для меня это было превосходным вложением денег. Велосипед стоил довольно дорого — я только что окончил школу, и на него ушла большая часть моих небольших сбережений. Но сколько же счастья он мне принес!
То же самое я испытываю, когда покупаю музыкальные инструменты, особенные индийские. Я ведь играю на индийских барабанах — табла и на индийском смычковом инструменте, который называется эсраджи. Эсраджи — редкий инструмент из Восточной Индии, он не очень-то известен в остальной Индии, и лишь немногие могут делать такие инструменты (вообще все индийские инструменты обычно делаются вручную). Поэтому они действительно в некотором роде произведения искусства. Так что сначала я еду в Индию, заказываю инструменты, а потом, когда они готовы, пробую на них играть. И в зависимости от моих впечатлений иногда прошу что-то в них изменить.
Еще я люблю часы, и сумма, которую я готов на них потратить, очень сильно зависит от их дизайна (он обычно определяет мой выбор). С часами я обычно думаю дольше, чем когда покупаю книгу или музыкальные инструменты.
И обычно не жалею о своих решениях. Я не руководствуюсь эмоциями, когда речь идет о действительно крупных приобретениях — например, я бы не купил на эмоциональном порыве дом или большую машину. Но мне нужны эти эмоциональные импульсы; они придают жизни остроту. И когда я перестану на них реагировать, жизнь станет скучной.
Биография
Ханнес Шарипутра Чопра родился в 1966 году в Бонне. В 1994-м окончил университет Albert Ludwig (Фрайбург), получив степень магистра экономики. В 1985-1987 годах проходил стажировку в компании Beiersdorf AG (Гамбург) в сфере маркетинга и экспорта, в 1987-1989 годах работал менеджером по маркетингу и экспорту в этой же компании, в 1994-1995 годах работал в качестве независимого консультанта и менеджера музыкальных проектов.
С 1996-го по 1999 год — региональный менеджер Allianz AG (регионы: Африка, Южная Азия и Ближний Восток), с 2000-го по 2004 год — заместитель регионального директора СЕЕМА Allianz AG (регионы: Центральная и Восточная Европа, Средняя Азия), с 2002-го по 2005 год — вице-президент Allianz AG.
С 2002-го по 2003 год — руководитель проектной группы Allianz AG в ОАО «РОСНО» (Россия), с 2004-го по 2006-й — председатель правления ОАО «РОСНО», председатель совета директоров СК «Альянс РОСНО Жизнь», «Альянс РОСНО Управление активами» и СК «РОСНО — Украина». С 2000 года по настоящее время — член совета директоров Allianz Tiriac (Румыния) и Allianz Insurance Ltd. (ЮАР), с 2001 года — член совета директоров группы РОСНО, с 2002 года — генеральный директор ЗАО «РИСКОН», с 2005 года — исполнительный вице-президент Allianz SE; с начала 2007 года по настоящее время — генеральный директор ОАО «РОСНО».
